ОТ ПУЛТУСКА ДО ПРЕЙСИШ-ЭЙЛАУ
книга Александра-Морозова

Зимняя кампания русской армии в Польше и Восточной Пруссии 1806-1807 гг. и сражение при Прейсиш-Эйлау 26 января 1807 года.
                                               КНИГА II


Группа автора
"В контакте!"
Отзывы, общение


ОГЛАВЛЕНИЕ


 

ГЛАВА XV
ВОЗОБНОВЛЕНИЕ ВОЙНЫ. КЕНИГСБЕРСКАЯ АВАНТЮРА НЕЯ И ОТВЕТНЫЙ ХОД БЕННИГСЕНА


Ластье Шарль-Филибер. Пехотная колонна на марше.
После сражения при Пултуске между враждебными сторонами установилось негласное перемирие. Не было ни переговоров, ни обмена курьерами - ничего. Когда стало ясно, что французы, перейдя Нарев и заняв ключевые переправы, не последуют далее Остроленки, перед противоборствующими войсками замаячила приятная перспектива под Новый Год встать на зимние квартиры. Офицеры откупоривали шампанское, а солдаты жевали свои сухари, теша себя надеждой, что до весны им более не придется погибать в сражениях. Сам Наполеон отбыл в Варшаву.
Свое решение свернуть кампанию, Император объяснял позднее предельно откровенно:
«Русские ускользнули от меня; я не мог за ними гнаться, и начать новую кампанию в столь неблагоприятное для больших операций время года. Грязь делала невозможным доставление транспортов; мои батальоны уменьшались и 10 000 человек раненых во второстепенных делах заставили меня подумать о последствиях моего предприятия.
Я полагал, что воспоминание об Аустерлице поколебало твердость моих противников; но их стойкость меня изумила. Сверх того они употребили такое множество орудий, что я почел необходимым восстановить равновесие, увеличив свою артиллерию. Итак, мне во всех отношениях было важно дать войскам необходимый отдых»
(6*).
Наступил январь 1807 года. Казалось, на промерзшую, покрытую снегом землю опустился мир. Русский лагерь теперь находился в Биале, где собралась вся армия, получившая, наконец, долгожданное единоначалие в лице нового командующего - Беннигсена.
Французские корпуса, напротив, рассредоточились: "Корпус Ланна встал между Наревом и Бугом, Даву - при Пултуске. Сульта - у Макова. Ожеро - у Вышгорода, на берегу Вислы. Гвардия - в Варшаве, Нея - у Млавы, Бернадота около Эльбинга."
(9)*
В этом перечне, который дает Михайловский-Данилевский мы не найдем еще трех корпусов, находившихся прежде на этом театре военных действий: X - Лефевра, 1-й кавалерийский Мюрата и 2-й кавалерийский Бессьера.
Короткий и кровавый декабрьский поход за Вислу убедил Наполеона в том, что в такой глуши, среди сплошных лесов и болот, с редкими дорогами, столь большие массы кавалерии скорее обременяют армию, чем усиливают её. По этой причине корпус Бессера был распущен, а его дивизии частью переданы Мюрату, частью, как и прежде, стали назначаться к различным корпусам по мере необходимости. Основная масса кавалерии Мюрата отошла к Висле, где собиралась зимовать, а две его дивизии, выдвинулись к Нареву: 1-я кирасирская, Нансути, располагалась недалеко от Остроленки, за Пултуском, другая - 2-я драгунская, Груши,  выдвинулась севернее, к Вилленбергу, составив фланг, расположившихся на зимние квартиры между Наревом и Бугом четырех пехотных корпусов: Даву, Сульта, Ожеро и Ланна.
X корпус Лефевра по-прежнему стоял у Торна, где продолжал формирование и предназначался для других задач: осады Данцига и Грауденца - к последнему уже выдвинулся его авангард, но до боевых действий, а тем более - активной осады дело пока не дошло.
Расположение войск на зимних квартирах перед новой кампанией 1807-го года. Маршрут корпуса Нея и выдвижение русской армии в Восточную Пруссию.
© Авторская реконструкция - А.М. 2020 г.

В движении оставался лишь один корпус, Нея. С тех пор, как маршал, штыками своего генерала Маршана и его 1-й дивизии в тяжелом бою отбил у пруссаков Зольдау
(см. главу XIV), VI французский корпус продолжил преследование отходивших частей прусского корпуса Лестока. Тот, в свою очередь, продолжал отступать к Кенигсбергу, невольно увлекая за собой французов. Ней двигался следом, дошел до Алленштейна, когда подоспел приказ Императора о прекращении военных действий. Согласно расписанию зимних квартир, Ней должен был разместить свои дивизии между Млавой, Алленштейном и Остероде, сомкнув, таким образом, свой левый фланг с Бернадотом, чьи войска занимали Морнуген, Либштадт и далее - вплоть до побережья.
Сам Бернадот со всем своим штабом комфортно устроился в старинном, основанном еще при крестоносцах, городе Эльбинге, находившемся в устье залива Фриш-Гаф.
Однако Ней, ненадолго задержавшись у Алленштейна, куда подтянул отставшие полки, вскоре вновь двинулся дальше, занял последовательно Гутштадт, Гейльсберг, Бартенштейн, по-прежнему тесня Лестока и все ближе приближаясь к Кенигсбергу. Его авангард, легкая кавалерийская бригада Кольбера и несколько отрядов пехоты, переправились через реку Алле и заняли Шипенбейль.
Обеспокоенный такими несогласованными маневрами, Бернадот пытался сдержать своего неуемного соседа, посылая ему депеши, где предлагал оставаться в назначенном ему для квартирования районе, но Ней не принял их во внимание. Самодеятельность командующего VI корпусом стала известна и Наполеону, вызвав его неудовольствие. Император недвусмысленно указал в послании своему упрямому полководцу, что он не желает и не планирует продолжения зимней кампании. Но даже это не остановило продвижения Нея на север. Тем более, что оно не встречало сопротивления - после Зольдау генерал Лесток не дерзал более скрестить оружие со своим настойчивым преследователем. Теснимый им, он также вынужден был перейти сначала за реку Алле, а затем оставить и Шипенбейль, когда туда приблизился французский авангард. В одном переходе от Шипенбейля, у местечка Вольфсдорф, пруссаки и разбили свой новый лагерь.
Поначалу Ней оправдывал свое своеволие бескормицей, невозможностью добыть провиант в местности, по которой ранее прошел отступавший противник. Однако вскоре перестал отрицать своих истинных  намеренный, его амбициозная натура проявилась в полной мере, выразившись в плане, предложенном им Наполеону, а именно - наскоком занять Кенигсберг. Согласно этому плану, город, где стоял лишь слабый (4000 — большей частью т.н. «инвалиды») отряд генерала Рюхеля, должна была взять конная бригада Кольбера при поддержке 6 батальонов пехоты, посаженных на сани.
(5*)
За какие-то несколько дней французы оказались буквально у порога главного города Восточной Пруссии.
В Кенигсберге начиналась паника. Все еще находившаяся здесь королевская чета, король Фридрих Вильгельм III и королева Луиза, вместе с остатками своего двора покинули город и эвакуировались в далекий Мемель, на самой границе с Россией.
В своих намерениях Ней зашел так далеко, что предложил Лестоку переговоры на предмет сдачи Кенигсберга без боя "дабы не подвергать бедам войны его мирных граждан".
(5*) Переговоры состоялись, но ни к чему не привели: прусские генералы (Лесток и Рюхель) отклонили предложение под предлогом, что не имеют таких полномочий, убедившись при этом, что маршал лишь тянет время, чтобы завершить свои приготовления. А они и впрямь шли полным ходом, санный поезд, на котором Ней собирался перебросить к Кенигсбергу 2 своих линейных полка, был уже практически собран.
Неизвестно, как отреагировал Наполеон на столь дерзкое предложение, возможно и одобрил бы его, но привести свой план в действие Ней не успел. Неожиданно ему донесли, что Лесток внезапно свернул свой лагерь у Вольфсдорфа и выступил ему навстречу к Шипенбейлю. Но хуже оказалась другая весть - со стороны Бишофштейна, то есть, на правом фланге его растянувшегося корпуса, появились казачьи разъезды, были также замечены большие массы пехоты и конницы, следовавшие в походных колоннах в направлении на Гейльсберг, что говорило о приближении русской армии.
                                                             ***
Беннигсен оставил свой главный лагерь в Биале 4 января, всего через три дня после того, как сюда доставили указ Александра I, ставивший его во главе всех союзных сил в Польше и Пруссии. Известие о приближении французов к Кенигсбергу и бегстве королевской четы в Мемель, вынудило нового командующего действовать. 
Анализ военной литературы о войне 1806-1807 года заставляет предполагать, что русские в любом случае готовились к новому походу. Продолжение войны для России имело смысл, пока не капитулировала Пруссия, а сдача Кенигсберга неизбежно повлекла бы за собой такой исход. Пока этого не произошло и война затягивалась, оставалась надежда, что в нее вновь вступит и Австрия.
Пруссаки же, после катастрофического разгрома прошлого года, как будто проснулись, показав некоторую волю сопротивлению. Отдельные крепости (Кольберг, Бреслау) отказались сложить оружие. Непосредственно в Восточной Пруссии сопротивлялись Данциг и Грауденц. Главной целью Беннигсена в предстоящей новой кампании, которую он сформулировал в своих мемуарах, являлась защита не только Кенигсберга, но и этих, более удаленных пунктов, сохранения сухопутного сообщения с Данцигом и усиления его гарнизона. В случае удачи, русские, опираясь на эти сильные крепости, имея за собой Кенигсберг с его военными складами, смогли бы выстроить новый прочный фронт от Данцига до Бреста. А с прибытием резервов, спешно собиравшихся по всей России, можно было начать наступление.
В мемуарах Карла Гарденберга, в то время — министр иностранных дел Пруссии,  подтверждается, что подобный план существовал и Беннигсен получил из Санкт-Петербурга распоряжения непосредственно от Александра I, предписывающие наступать и полностью вытеснить французов за Вислу.
(5*)
Этот замысел, несомненно, предстояло воплотить в жизнь весной, когда войска получат достаточные пополнения, а дороги и погода позволят вести войну в привычных для той эпохи условиях. Однако кенигсберская авантюра Нея спутала карты и Александру I, и Наполеону.
В дерзком маневре французского маршала, слишком далеко углубившегося во враждебную территорию, Беннигсен вполне предсказуемо усмотрел возможность отрезать его от Бернадота и разгромить, зажав между своими дивизиями и корпусом Лестока.
Поэтому, выступив из Биалы, Беннигсен повел свою армию по короткой дуге, через Арес, Рейн и Бишофтейн к Гейльсбергу, чтобы войти в разрыв между I корпусом Бернадота и VI - Нея. 
Уже 9 января 1807 года русский авангард занял Бишофштейн. Одновременно генерал Лесток, получивший от Беннигсена в подкрепления в 3 батальона пехоты, ободрившись, двинулся на Шипеньбейль, занятый кавалерией Кольбера и незначительными отрядами пехоты.
Прикрыть тыл Беннигсен рассчитывал корпусом Эссена (17 000), который, хотя еще и не был укомплектован, но по его распоряжению покинул Брест и перешел в Высоко-Мазовецк. 
В помощь ему, если бы противник выступил в направлении русской границы, Беннигсен отделил от своих сил в Гониондз 6-ю дивизия Седморацкого: 8000, включая 4 пехотных полка, но только 6 орудий, а из кавалерии - лишь 2 казачьих  полка (всю артиллерию и регулярную кавалерию армии генерал взял с собой в поход). В случае, если бы французы попытались совершить диверсию на восток, Эссен, присоединив к себе Седьморацкого, должен был сдерживать их.
С выдвижением русской армии в Восточную Пруссию, устоявшееся, было, перемирие, оказалось сорвано.
Сообразив, в какую он себя загнал ловушку, Ней решил не искушать судьбу и, разрушив мосты, отвел без боя свой авангард за реку Алле. Планы захвата Кенигсберга были в одночасье забыты. В штаб Бернадота и в Варшаву, к Наполеону, помчались курьеры с сообщением о приближении многочисленных русских войск.
Начался новый, и как мы увидим, еще более кровопролитный этап зимней кампании.

Продолжение следует.

© Авторские права: Александр Морозов. Москва. 20016-2019 гг.

 Примечания к главе XV

(5*) Оскар Фон-Леттов-Форбек: "История войны 1806 и 1807 гг.".

(6*) Генрих Жомини: "Политическая и военная жизнь Наполеона"

(9)* А.И. Михайловский- Данилевский. "Описание второй войны Императора Александра с Наполеоном в 1806 и 1807 годах".