ОТ ПУЛТУСКА ДО ПРЕЙСИШ-ЭЙЛАУ
книга Александра-Морозова

Зимняя кампания русской армии в Польше и Восточной Пруссии 1806-1807 гг. и сражение при Прейсиш-Эйлау 26 января 1807 года.


Группа автора
"В контакте!"
Отзывы, общение


ОГЛАВЛЕНИЕ


 

ГЛАВА XI
СРАЖЕНИЕ ПРИ ПУЛТУСКЕ. ЧАСТЬ II:
ПЕРВОЕ НАСТУПЛЕНИЕ ЛАННА


"Снежный кошмар" - картина художника Keith Rocco
С рассветом 14 декабря 1806 года, около 9 утра легкая кавалерия французов атаковала и после недолгой перестрелки отогнала казачьи дозоры, находившиеся перед Багговутом,  расчистив путь для своей пехоты. С этих выстрелов началось сражение при Пултуске.
Погода еще с ночи начала ухудшаться, шел снег, который постепенно усиливался, мела поземка.
Между 10 и 11 утра  Ланн закончил развертывание своих войск и начал атаку — в это время, передовые отряды французов, выступив из снежной пелены, появились перед нашим левым флангом. Заметив их приближение, командовавший здесь Багговут выдвинул егерей своего 4-го полка, рассыпавшихся в цепь и открывших огонь. Ему ответили французские застрельщики, вольтижеры, или, как их тогда называли среди русских - "тиральеры", продвигавшиеся впереди своих колонн.
Напротив Багговута, за цепью своих стрелков, наступал генерал Клапаред с 1-м полком легкой пехоты - 8 460 штыков против 5500 у Багговута.  Клапаред вел атаку двумя колоннами, построенными побатальонно и примерно равными по численности, чуть более 4000 штыков каждая.
Первая колонна французов шла в лоб, вторая двигалась в обход.
В это же самое время центр первой линии Ланна, куда входили 64-й линейный  и 1 батальон 88-го пехотного — всего до 5000 тысяч штыков, поднимаясь из низины, достиг гряды, за которой начиналось плато, где, собственно, и разворачивалось сражение
(см. главы X и IX). Командовавший этой группой генерал Ведель не обнаружил здесь никаких вражеских войск, только вдалеке - смутно видимые в снежной пелене массы русских — это была выдвинутая вперед на 1000 шагов наша кавалерия.
Поставив на кромке поля свои легкие  пушки и начав обстреливать далекий русский центр, Ведель по приказу Ланна повернул вправо, чтобы помочь Клапареду и атаковать войска Багговута во фланг.
На правом фланге русских, где стоял авангард Барклая, наступал 34-й линейный полк из дивизии Сюше. Его поддерживал 88-й линейный полк, за исключением батальона, выделенного Веделю, и драгуны конной дивизии Бек
ера. 
Всего против русских здесь сосредоточилось около 6 580 пехоты и 1000 кавалерии, но генерал Сюше, не зная сил противника, поначалу ввел в бой только один полк - 34-й, которым командовал Пьер Дюмустье. Драгуны пока держались за пехотой.
Этот участок был покрыт очень густым кустарником  и мелким лесом и враги увидели друг друга, когда первые французские шеренги показались из-за деревьев.
Отряд Барклая стоял, развернувшись в две линии. Солдаты 34-го линейного атаковали столь энергично, что опрокинули первую (егерей) и бросились на вторую, когда внезапно попали под картечной огонь пушек Барклая. Они были настолько скрыты зарослями, что французы обнаружили их присутствие лишь тогда, когда попали под свинцовый град с убийственно близкой дистанции. Огонь этих легких орудий оказался настолько внезапен и эффективен, что французы дрогнули, смешались и откатились на исходную позицию.
(20)*
Однако Дюмустье быстро привел своих людей в порядок и вновь атаковал, в этот раз в первую очередь устремившись на батарею, его солдаты захватили вредившие им орудия, а командовавший здесь русским 3-м егерским полковник Ашенберг был убит.
Но торжество французов было недолгим, Барклай в свою очередь контратаковал, бросив в атаку Тенгинский мушкетерский полк, а заступивший на место погибшего Ашенберга майор Книппер сумел сплотить дрогнувших егерей и тоже ударил в штыки, вернув потерянные, было, орудия.
 (15)*
За пушки в иных местах дрались до исступления. Казалось бы, мертвый метал, но завладение орудием считалось в то время высшей мерой воинского подвига, как и его утрата - позором!
Дюмустье вновь пришлось отступить.
На фланге Багговута также завязался упорный бой, пехота Клапареда, наступая большой колонной, построенной побатальонно, рассеяла линию русских егерей, действовавших в разомкнутом строю, и атаковала русский авангард с фронта. Обе стороны почти сразу же  сцепились в штыки и французам удалось на какое-то время оттеснить русских так, что и здесь под угрозой захвата оказались  их немногочисленные пушки. Одной, увязшей в снегу, чья прислуга во главе с офицером и даже упряжные лошади были перебиты, французам удалось завладеть, но драгоценный трофей ими тут же был утрачен - отбивать орудие бросились, собрав ближайших к себе солдат, два поручика 4-го егерского, Веймарн и Вадбольский, а также поручик Старооскольского полка Воеводский со своими мушкетерами. Пушку отбили, а вскоре на помощь трем храбрым поручикам примчался эскадрон драгунского полка, который привел бригадный адъютант Петрулин (15)*.
Французов ненадолго удалось сдержать, но все же положение Багговута оставалось тяжелым, более того - ухудшалось - справа, из центра равнины, на него надвигалась колонна Веделя, в то время, как вторая обходная колонна продолжала свое движение, "пройдя между Наревом и возвышенностью на берегу этой реки"
. (3)* Багговут выдвинул против нее из своих скудных сил два батальона, но этого было недостаточно и он отправил к Беннигсену за помощью. Его немногочисленная легкая кавалерия (Конно-Татарский полк Кнорринга) слишком слабая против батальонных порядков французов, отошла за ряды своей пехоты и развернулась за ее левым флангом, встав ближе к мосту.
Как и его именитый противник, Беннигсен ничего не знал о силе и численности противостоящего ему врага. Днем позже, когда он отправил Александру I отчет о сражении, он  утверждал, что его атаковал лично Наполеон. Такого, конечно в те минуты, нельзя было исключать, вероятно генерал был  убежден в этом, да и к тому же растерян, захваченный полной внезапностью французского наступления, поэтому какое-то время выжидал, когда положение проясниться, не трогая своих главных сил. На просьбу Багговута о подкреплении, он, однако, ответил должным образом, выдвинул из резерва Навагинский полк, а затем, из правого крыла Сакена стоявший здесь во второй линии Тульский мушкетерский, всего - 6 батальонов.
Примерно в это же самое время, вскоре после полудня, личный представитель Царя при армии, генерал граф Толстой, в сопровождении императорского флигель-адьютанта Бенкендорфа  прибыл в расположение корпуса Буксгевдена, стоявшего в Макове, находившегося на расстоянии всего 2-х миль от Пултуска. Встреча эта закончилась ничем: "
Был полдень, и генерал Буксгевден, ссылаясь на то, что его войска устали, не желал двигаться дальше", - напишет впоследствии в мемуарах Бенкендорф. Буксгевден, безусловно, лукавил, поскольку с ним была по меньшей мере одна свежая полноценная дивизия - Тучкова, с начала кампании не сделавшая и выстрела и последние дни стоявшая здесь же в Макове,  составив ружья в козлы (9)*.
Граф Толстой с Бенкендорфом, все еще надеясь уломать командующего вторым корпусом, остались в его расположении до вечера, отчетливо слыша гром пушек, доносившийся со стороны Голымина и Пултуска. Не мог не слышать их и Буксгевден, но  так и не выступил и Беннигсену пришлось в одиночку нести на  себе тяжесть решения, которое он сам же и принял - остаться у города и сражаться.
Сражение при Пултуске. Первое наступление Ланна и разгром колонны Веделя.
©
Авторская реконструкция - А.М. 2020 г.

"Все прочие примкнули к штабу Беннигсена, я же ни принял никакого решения, не желая состоять при главной квартире, - вспоминал об этих минутах всеобщего волнения и неопределенности тогда еще совсем юный 18-летний  кавалергард князь Волконский, - Я в раздумье поехал туда, где начинались пушечные и ружейные выстрелы и встретил незнакомого тогда мне Остермана, который спросил меня:
"Кто ты? При ком ты здесь?". "При фельдмаршале". "Так ты без места теперь?"."Ищу его." "Так будь при мне...".
(1)*
Прихватив с собой Волконского, который отныне и до конца кампании стал одним из его адъютантов, генерал выехал на холм, за которым простирался большой непроходимый овраг, по ту сторону которого, вдали, в снежной пелене темными массами виднелась пехота Багговута и французские колонны, обходившие его с обеих сторон.
То что произошло дальше, стало одной из самых блестящих страниц пултусского сражения. Пока пехота Навагинского и Тульского полков еще только тянулась на левый фланг, Остерман, понимая что действовать надо незамедлительно, решил двинуть в бой кавалерию. Беннигсен приписывает этот приказ себе: "Кроме того
(кроме пехоты - А.М) я послал еще из кавалерии один кирасирский полк, Изюмский гусарский полк и Каргопольский драгунский полк. С этой минуты дело становилось серьезнее; долго дрались с величайшим ожесточением с обеих сторон". (3)*
Однако авторство приказа, во многом сорвавшего первое наступление французов, при ближайшем рассмотрении принадлежит все же генерал-лейтенанту Остерман-Толстому. Благодаря Михайловскому-Данилевскому, который оставил нам подробное расписание порядка построения полков перед битвой, мы знаем что из всей кавалерии ближайшими к Багговуту стояли два кирасирских полка, помимо Лейб-кирасирского здесь же находился Екатеринослваский, вместе - 10 эскадронов конных латников - большая ударная сила. Однако в атаку почему-то пошли только Лейб-кирасирский полковника Кожина и 2 эскадрона Каргопольских драгун майора Сталя (остальные 3 эскадрона этого полка уже находились у Багговута). И эти два эскадрона еще пришлось перевести с другого конца поля.
Вспомним, что перед войной в русской армии была проведена реформа (
см. главу III), согласно которой вся кавалерия была расписана по дивизиям. В том числе Екатеринославский кирасирский  входил в состав дивизии Седьморацкого, следовательно ему и подчинялся. Для того, чтобы направить его в атаку надо было отправить за разрешением к Седморацкому или прямо к Беннигсену, что неизбежно вело к потери драгоценного времени, а оно сейчас решало все.
Поэтому Остерман-Толстой вызвал свои полки: Лейб-кирасирский и Каргопольский драгунский принадлежали его дивизии и находились под его прямым командованием. Они и двинулись. Следом за ними также пошел его же Изюмский гусаркий полк, но приказ поступил к нему с опозданием и гусары не успели принять участие в деле.
Совершив эту замысловатую рокировку, Кожин неожиданно для себя и для противника, оказался в идеальной позиции, прямо на фланге французского наступления и немедленно скомандовал атаку.
В тот день с французами погода пошутила нехорошо. Из-за густой снежной завесы они не сразу заметили русскую кавалерию и спохватились лишь тогда, когда она всей массой врубилась в их ряды. У Кожна было только 7 эскадронов, всего 700 сабель, но они оказались в нужном месте и в нужное время. Под их удар попал двигавшийся, не ожидая атаки с этой стороны, 64-й полк Веделя. Внезапно врезавшись в него с фланга, кирасиры и драгуны нещадно стали рубить растерявшуюся и потерявшую строй французскую пехоту, так что полк стал буквально разваливаться, а около 300 человек впали в панику, бросили оружие и подняли руки. Сам Ведель быль тяжело ранен. 
Лишь в одном месте одному из французских младших офицеров, сохранившему хладнокровие, лейтенанту Вуазену отчаянными усилиями удалось собрать вокруг себя каре и устоять под этой гибельной  атакой, принять участие в которой уже стремились мчавшиеся на помощь кирасирам и драгунам Изюмские гусары.
(3)*, (20)*, (22)*.
Атака русских драгун времен войн с Наполеоном - современная реконструкция - так могла выглядеть атака Кожина...
Наполеоновские войны. Атака русских драгун в сражении при Пултуске
От полного истребления французский 64-й линейный спасло появление следовавшего за ним батальона 88-го полка, открывшего огонь во фланг кавалерии Кожина. Последняя в конечном счете, увлекшись преследованием разбегавшихся французских линейцев, также совершенно утратила строй и Кожин стал отводить ее обратно к главной линии, где занялся восстановлением порядка среди своих разгоряченных рубак.
Ободренный этой сокрушительной атакой, Багговут со своей стороны контратаковал силами двух батальонов  — гренадерским  Старооскольского и одним батальоном своего, уже сильно обескровленного, 4-го егерского под командованием полковника Фролова. Вновь выдвинувшийся вперед Конно-Татарский полк Кнорринга поддержал атаку. Энергичным ударом русские отбросили действовавший против них 17-й полк легкой пехоты и устояли!
В этой контратаке весьма необычно отличился штабс-капитан Синягин "который хотя и отдан был под суд, но, желая загладить свое прежнее его преступление и при первом случае ударил на неприятеля в штыки с фронтом, убил своеручно французского генерала и, получа три раны, благодарил генерал-майора Багговута за то что доставил ему случай омыть свой прежний проступок кровью".
(15)*
Совершенно неожиданно к русским здесь явилось еще одно подкрепление - один батальон при 2 орудиях под командованием полковника Бреверна  появился на другом берегу реки, двигаясь по дороге из Попово, где бесцельно стояли 2 наших дивизии, Эссена и Анрепа. Оба этих генерала были полностью запутаны прежними приказами сбежавшего Каменского. Накануне они получили указание идти в Пултуск и Анреп даже успел отправить часть войск в том направлении, когда новый приказ фельдмаршала о всеобщем отступлении вынудил его спешно возвращать  подразделения, уже находившиеся на марше. Однако батальон  Бреверна, с двумя пушками, успел уйти так далеко, что курьер не догнал его, или о нем в суматохе забыли, и он все же прибыл в Пултуск к полудню, как раз тогда, когда сражение было в самом разгаре.
(3)*
Бреверн немедленно остановил свой маленький отряд, развернул обе свои пушки и открыл огонь по атакующим французам. Сам он оказался неуязвим, находясь за рукавом, отходившим от реки Нарев.
Таким образом две французские колонны, наступавшие на Багговута, потерпели неудачу и отступили, а одна, Веделя, была полностью разгромлена.
На фланге Барклая полковник Дюмустье после двух своих неудачных атак также отвел свои расстроенные батальоны.
К 1-2 часам дня первое французское наступление захлебнулось и с обеих сторон помчались конные офицеры всевозможных рангов - собирать разбежавшихся и рассеявшихся солдат, не случайно среди наград, врученных наиболее отличившимся участникам битвы, есть немало таких, которые отмечены за подобного рода действия.
Однако не прошло и часа, как обе враждебные армии вновь стояли друг против друга во всеоружии, готовые продолжать битву.

©Александр Морозов, Москва, 2017-2020 гг.

Продолжение следует
 

 Примечания к главе XI

(1)* "Записки Сергея Григорьевича Волконского" (декабриста)"

(3)* "Записки графа Л. Л. Беннигсена о войне с Наполеоном 1807 года".

(9)* А.И. Михайловский-Данилевский. "Описание второй войны Императора Александра с Наполеоном в 1806 и 1807 годах".

(16)* "Воспоминания А. Х. Бенкендорфа. Зимняя кампания 1806-1807".

(15)* "Журнал военных действий Императорской Российской армии - с начала до окончания кампании, с Ноября 1806-го до июня 1807-го года".
СПб., при Императорской Академии Наук, 1807.

(20)* Francis Loraine Petre "Napoleon's Campaign In Poland 1806-1807".

(22)* Dumas, Mathieu, comte. "Précis des Évènements militaires ou Essai historique sur les Campagnes de 1799 à 1814".

Авторские права:  © Александр Морозов. Москва. 2016-2020 гг.